gvardei (gvardei) wrote,
gvardei
gvardei

Categories:

ТРИ ИСТОРИИ ИЗ ЖИЗНИ МАКСА БАТУРИНА

1.
Как известно, именно Макс Батурин со товарищи являются авторами бессмертного заголовка НИ К ЧЕМУ, или же к книге, которая так никогда и не будет написана. Заголовок гласит: «НОЧЬ С ПЯТНИЦЫ НА ПОНЕДЕЛЬНИК». Краткое содержание книги: в пятницу запили, кажется, в редакции «Советского учителя», в понедельник -очнулись в травке, где-то за рекой, в районе посёлка Тимирязево. Что между тем и тем – тайна сия велика.
Я в этом забеге не участвовал, но всё, о чём рассказывал Макс, принимал на веру всецело. Нынче вспомнилось: как-то ночью пришлось добираться ему чуть не из Черемошников до дому пешком. Коли пьян он был без меры, да устал в той же степени, оком недрёманным заметил, что рама на одном из окон первого этажа НИИ курортологии, что на улице Розы Люксембург, чуть приоткрыта: забыли закрыть на шпингалет. Не долго думая, Макс отворяет окно, залазит в какой-то кабинет, ложится на стол и засыпает. Просыпается утром, минут за двадцать до начала рабочего дня в институте. Чувствуя себя необычайно бодро и свежо, никем не замеченный Максим Александрович покидает кабинет тем же путём, то есть через окно, и продолжает путь домой… Тем более, трамваи уже вовсю пошли… Для несведущих: институт курортологии окнами своими выглядывает прямо-таки на главную площадь Томска, иначе, площадь Ленина.

2.
Однажды, году в 94-м, я приплёлся к нему в редакцию, обуреваемый известной страстью, сдерживаемой полным отсутствием наличных денег. Скоро обнаружилось, что наши с Максом интересы и финансовые возможности полностью совпадают. Униженные и оскорблённые, мы поплелись по проспекту Кирова куда, неведомо. На углу Кирова и Красноармейской тогда стоял т.н. «торговый павильон», весь в решётках, через которые заманчиво поглядывали на нас всякие разные бутылицы… На самую-самую, которая выдерживала испытание соотношением «минимальная цена – приемлемое качество», нам надо было, помнится, 30 тысяч рублей. А у нас и десяти тысяч в карманах не набиралось. И вот тогда Максим Александрович показал мне высший класс «аска»*. Солидный, пристойно одетый дядя, лет под тридцать, при очках и бороде, спокойно и деловито останавливал всех, проходивших мимо «павильона», и негромко, - не просительно, а чуть ли не наставительно, - о чём-то толковал с ними. Со стороны создавалось впечатление, что дядя собирает какой-то хитрый таможенный сбор за прохождение мимо киоска после 20.00. Не прошло и четверти часа, на руках у нас была нужная сумма, которую мы тотчас и обменяли на вожделенную бутылицу и удалились в гущу древ неподалёку.
3.
Может быть, в том же году, в общем, когда-то, поздней ночью, мы оказались на площади Южной, в студгородке, но не в общаге, а в жилой девятиэтажке, в гостях у какого-то мне дотоле неизвестного художника. Именно что на девятом этаже, в однокомнатной квартире, запущенной и ободранной донельзя, нам очень захотелось не то, что есть, а вот, извините, жрать. Но на кухне нами были обнаружены лишь какие-то древние макаронные изделия типа «ракушка», да и всё. Даже соли не было. Сварить это барахло в голимой воде? Получится ком пресного клейстера, от которого, как в детстве мамы пугали, «попа слипнется». Жарить? Нужно хоть какое-то масло.
Максим Александрович, весьма датый и при должном кураже, обувается и выходит из квартиры в подъезд. Мы недоверчиво провожаем его взглядами, понимая, что шансов у него нет никаких.
Не проходит и десяти минут, открывается дверь: Макс, а в руках у него – трёхлитровая банка, в которой лениво плещется, как минимум, полтора литра подсолнечного масла.
Мы в полном восторге, мы согласно вопрошаем: но как, но кто отдал тебе эту банку в ТРИ ЧАСА НОЧИ?!
Макс рассказывает просто и неинтересно: в пятой по счёту квартире дверь открыл какой-то заспанный молодой парень в трусах. Макс попросил подсолнечного масла. Тот лениво поплёлся на кухню, скоро вернулся и, ни слова не говоря, выдал просителю эти самые полтора литра, - ничего, ни капли, не оставив себе.
Мы замачиваем «ракушки», ставим на газовую плиту сковородку и начинаем предвкушать. Ближе к утру вкусили. В общем-то, получился ком клейстера с привкусом подсолнечного масла, которое, по понятным причинам, мы не жалели.

ГЦ

* «аскать» - среди системных людей моего времени, понятно, «попрошайничать».
Subscribe

  • 100

    С точки зрения разумных растений весьма странно выглядит страсть человека к их половым органам, сиречь цветам. Люди дарят их друг другу, бесконечно…

  • (no subject)

    • «Ты был бесподобен!» - равно как и «Ты был безобразен!» - то есть не имел зримого выражения • меморо́ид – «кажется, припоминаю». «Со мной случился…

  • * * *

    Как говорил четвёртый муж моей второй жены, «Все мы когда-нибудь будем поражены В нашу пяту уязвимости, ну, ахиллесову то есть. Всяк обладает…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments