gvardei (gvardei) wrote,
gvardei
gvardei

"Новосибирск-Владивосток", или Ужасы Перистальтики

Тесное общение людей в замкнутом объёме вагона наталкивает на самые разные темы для размышления. В данном случае речь пойдёт о еде, вернее, её поглощении.
*
Загодя скажу, что я отнюдь не противник эстетически достойного приёма пищи. Напротив. Но, мучаясь безделием в поезде и наблюдая воочию, как ест большинство людей, приходишь в эдакое замешательство… Странное замешательство, сродни тому, которое я испытал, когда ОДНАЖДЫ ВДРУГ заметил, что мой друг Фёдор Горкавенко, размешивая ложкою сахар в стакане с чаем, вращает ложку ПРОТИВ ЧАСОВОЙ СТРЕЛКИ. Я поразился в первую очередь тому, как я этого раньше не замечал. Во-вторых, я поразился тому, что это не было случайностью, - оказывается, ОН ИНАЧЕ И НЕ МОГ.
*
О том и речь – в поезде «Новосибирск-Владивосток» я ВДРУГ уяснил для себя, как некрасиво едят очень многие люди. Далее, по аналогии, я пришёл к выводу, что иначе они и не могут. Причём, ради Бога, не стоит представлять, что эти люди роняют (или, того хуже, проливают) еду на пол и, встав на четвереньки, с хрюканьем сжирают или вылизывают её оттуда.
*
Напротив, для меня наиболее отвратительным является длительная, протяжённая, уверенная, «с огоньком», подготовка к еде: доставание всяческих кулёчков и пакетиков, раскладывание-перекладывание их туда-сюда, и всё будто бы с каким-то тайным смыслом, эдакое «ритуальничанье»… Довольное потирание рук, какие-то якобы разжигающие аппетит звуки, издаваемые, слава Богу, только ртом и носоглоткой. Все продукты, имеющиеся на столе, вдруг обретают уменьшительно-ласкательные формы: «яички», «курочки», «хлебушки», «колбаски», и так далее… Но главное, - это лицо пред-яствующего: горящие (и два варианта: либо вовсе застывшие, либо одержимо бегающие) глаза, какая-то диковатая улыбочка a-la «Робин-Бобин-Барабек»…
*
Может, я больной?.. Но мне откровенно страшно смотреть в эти секунды на такое лицо. Я бывал смертельно голодным, я знавал остервенение жратвы, но в данном-то случае эти люди вовсе не были голодны! Они, понятное дело, убивали время пути, они занимались этим ПРОЦЕССОМ ради него самого, но неужели они хоть раз не пытались увидеть себя со стороны? Увидеть, что не люди они вовсе в это самое время, а странные и страшные твари, наделённые ЕДИНСТВЕННОЙ и, тем не менее, вожделенной функцией -перевариванию пищи. «Народ» говорит проще: переводу добра на говно.
*
Забавно – поглощение пищи есть всемерно распространённый и поощряемый культ, достигший сугубых высот в рестораторском искусстве. А, скажем, дефекация – всего лишь эвфемизм для массы самых что ни на есть непристойных слов и выражений, суть которых, понятно, удаление естественным путём твёрдых отходов жизнедеятельности из организма. Пищевая цепь… И то, и другое, казалось бы, естественно, но почему же в одном случае - почитание и восхваление, в другом же – жуткие вагонные сортиры, где иной раз приходится совершать прямо-таки чудеса акробатики и предприимчивости, дабы всего лишь «опорожнить кишечник»?
*
Мне припомнилось вычитанное давно. 19 век, какое-то маленькое африканское королевство. Особый случай – наблюдать принятие пиши здешним «корольком» запрещено под страхом смерти. То есть «корольку» всё готовят, и почтительно удаляются. А он, гад такой, сакрально жрёт. И вот однажды в это время в залу вбегает дурашка – маленький сынишка «королька»: заигрался, не уследили… Со слезами и горестными воплями сынишке делают секир-башка.
*
То есть, в принципе, можно, от нечего делать, представить себе «мир наоборот»- еда считается грязным, позорным, хотя и необходимым атрибутом жизни. И вот я на станции «Тайга» нахожу какую-то будку с надписями «М» и «Ж», захожу, понятное дело, в «М», и там, отвернувшись от всех, чем-то шуршу и издаю гадкие глотательные звуки. Далее, пофланировав по перрону час-другой-третий уверенной стопой направляюсь в шикарный вокзальный туалет, где окна - от пола до потолка, где зеркала, фонтаны, зачем-то фазаны и павлины. Ходят «официанты» (?), предлагают «меню»(?), позже приносят «счета» (ну, это-то понять можно).
*
Я вот о чём. Признание поглощения пищи – благом и эстетическим наслаждением, а дефекации – необходимым тайным ритуалом, человек делает и иное, гораздо более серьёзное признание. Признание в том, что он – действительно изначально греховен, ибо действительно превращает Нечто в Ничто. Благо – в грязь и нечистоты. Ужас перистальтики. Постоянное, непрекращающееся последовательное сокращение стенок кишечника с одной единственной целью, - изыди, дерьмо. Какой-то хтонический кошмар плюс кошмар тупого механицизма.
*
Да ладно мне про перистальтику. Двадцать лет подряд я на уроках и на переменах наблюдаю жующих обыкновенную жевательную резинку писюнов и писюх. И, уверяю вас, жевать можно незаметно, ненавязчиво, скромно. Но КРАСИВО, ЯРКО, СОБЛАЗНИТЕЛЬНО – никогда. В механических движениях челюстей нет ровным счётом ничего привлекательного. Это уже, извините, веками возводимая «надстройка» - та самая «культура еды», приведение естественного в обязательное, эстетически выверенное и утверждённое… Не больше.
*
Но есть, есть, конечно, есть… Если бы не было, совсем было бы худо… Буквально две недели назад я сидел в довольно шумном и бестолковом фастфуде и зачарованно наблюдал, как ест женщина. Она делала это очень медленно, не потому что растягивала «наслаждение» картошкой-фри, а просто потому, что, должно быть, считала, что торопиться незачем и некуда. Её глаза быстро и внимательно оглядывали всё, что происходило в ресторанчике, она ела маленькими кусочками, намазывая на картошку кетчуп, и ей это нравилось, - но нравилось, как игра. Отнюдь не азартная, а что-то вроде пасьянса. Какая-то милая отстранённость присутствовала в каждом её движении, и, глядя на неё, я волей-неволей приходил в замешательство: ест ли она? Отдыхает ли после долгой пешей прогулки? Ждёт ли друга? Просто глазеет на людей и обстоятельства? Строит ли планы на вечер? Наблюдать за ней было одно удовольствие, причём она это знала, и полуулыбка её говорила об этом. Я долго и виновато глядел на неё… Она, спохватившись, сказала мне заботливо: «Ты хочешь заказать себе ещё один гамбургер? И чикен-пай?.. Так что же ты?.. Иди, там же очередь…» Я ответил благодарным взглядом и помчался выстаивать очередь в компании таких же, как я сам, бурликающих кишечников…

Гвардей Цытыла, 171106
Subscribe

  • ЗА ПОЛНОЧЬ

    Черти залетали в избу обычно после часа ночи и принимались за привычное дело: начинали терзать домашних подозрениями, блазнями самого разного…

  • КОГДА-ТО НЕ ПОВЕЗЁТ

    Кондуктор трамвая, по какой-то причине решив, что видит перед собой совершенного лоха, вкрадчиво произнёс: -С вас сто тысяч рублей. Я,…

  • ИСТОРИЯ ПП

    Исполненный самых нежных чувств к девице Каракамыш, Пётр-Павел Чехарда задумал набить себе на бедре татуировку «Люблю девицу Каракамыш».…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments