gvardei (gvardei) wrote,
gvardei
gvardei

Categories:

БЕСКОНЕЧНЫЙ КОРИДОР



В одной томской больнице есть страшный-престрашный подвал. Больница придерживается здорового образа жизни, курить больным там можно либо на улице, либо вот в этом самом подвале. Но на улицу можно попасть только до восьми часов вечера: после глухие ворота больницы запираются, и всем, кому захотелось-таки покурить, волей-неволей приходиться спускаться в подвал. По обыкновению всех больниц, там размещается морг, куда на специальном лифте время от времени опускают умерших больных; запах там стойкий и странный, хотя, впрочем, чего уж странного? Запах, как запах: подвала и морга. Кроме всего прочего, там множество подсобных и рабочих помещений: электрики, сантехники и иные побочные служители Асклепия нашли там свой приют… Сам по себе подвал, когда впервые оказываешься там, поражает своими размерами: это огромный-преогромный коридор с множеством зарешеченных дверей справа и слева. И днём, и ночью там светит скудный электрический свет, отчего душе ступившего туда ещё более неприютно и страшно… Коридор же порою кажется бесконечным: так далеко в единую точку сходятся стены его, причём в обе стороны: обычно я сходил вниз где-то «посредине» этого коридора. Хотя, сказать по чести, я ни разу не достиг ни одного, ни другого конца его. Может быть, их и действительно не существует, этих концов… Если днём и вечером там ещё бродит какой-никакой приличный народец, то ближе к полуночи ты спускаешься туда в абсолютной тишине, и когда ступаешь в этот бесконечный коридор, также не видишь ни единого человека и не слышишь единого звука. Стоять на одном месте там, конечно, можно, только, постояв минуту-другую, ты сам непроизвольно начинаешь двигаться в том или ином направлении… Стены коридора испещрены бесконечными граффити, в большинстве своём бесталанными и чудовищно безграмотными. Но одно из них меня весьма впечатлило. Вот оно: «Шелест губ И тишина. Свежий труп И тьма одна. Нет ни света, Ни добра. Много ветра, Много зла. \Кара Кольчита\» Итак, ты идёшь вдоль бесконечных дверей, расположенных справа и слева по коридору, и вдруг до тебя начинают доноситься глухие голоса людей: это верный знак, что ты приближаешься к «курилке». Совершенно непонятно, почему она расположена именно в этом месте коридора: там, как и везде, нет ни вытяжки, ни какой-то иной вентиляции, - будто в своё время кто-то своевольно топнул ногой и сказал: вот здесь будет место для курения, я сказал!.. Когда же ты приближаешься к группе людей, скорчившихся вокруг ведра с окурками, стоящим посредине коридора, становится вообще не по себе: почему-то в памяти всплывает рассказик Эдгара По «Король Чума»: тут тебе и Председатель с чудовищно высоким лбом, и Леди, больная водянкою в последней степени да в придачу с непомерно большим ртом, и Молодая Особа с носом длинным и тонким, похожим на хобот и весь в угрях, и Старичок со щеками, висящими на плечах… Да нет, конечно, до фантазий Эдгара По дело, быть может, и не дотягивает, но в целом картина удручающая: какой-то непрерывно кашляющий и плюющийся старичок в бинтах, пропитанных гноем, бельмоватый мужик с аппаратом Илизарова на ноге, чудовищно толстая старуха в безразмерном халате с залепленным пластырем глазом, молодые придурки с пробитыми головами, сложенными из кусков мяса руками, резанными ранениями лица и так далее… Покуда ты идёшь к ним, они ещё о чём-то приватно беседуют друг с другом. Но, как только ты в состоянии слышать то, о чём они говорят, они тут же начинают нестройным хором напевать «Smoke rings», «Two cigarettes in the dark» или же «Don’t smoke in bed»… Ты воспринимаешь это, как предупреждение: чужак, не суйся к нам, мы не примем тебя. И потому, постояв минуту в отдалении и нерешительности, ты поворачиваешь и идёшь прочь – назад, по этому же самому бесконечному коридору, совершенно не представляя, где, в каком месте его тебе надо свернуть, чтобы выбраться наверх, на первый этаж, а там уже и дальше, слава Богу... Что, если этот подвал, этот коридор и впрямь бесконечен?.. Ну, не то, что бесконечен, а просто тянется на тысячи и тысячи километров, соединяя воедино подвальные коридоры всех больниц мира, с их сантехниками, электриками, моргами, цинковыми гробами на семи колёсиках, курилками, канализационными и водопроводными трубами, силовыми щитами, километрами кабелей, вонючими вёдрами с окурками… И, если знать дорогу, если иметь план, если не страшно, если себя не жалко, можно, продираясь сквозь орды санитаров и больных, привидений и вурдалаков, теней прошлого и настоящего, оказаться в подвале Боткинской больницы, или же Нью-Йоркской психушки Bellevue, или же Парижского Hotel Dieu («Божьего Дома»)… Почему-то я совершенно не удивлюсь, если это вдруг окажется именно так. ГЦ


Subscribe

  • САМА ПО НОЧАМ ШАСТАЕШЬ

    Мне тут, благодаря Н.З., в руки попалась книжка малая – «Оперные либретто», «Неизвестный солдат» К.В. Молчанова. Почитал я, и затосковал, - никак…

  • ПУККОЛО

    Puccolo (puc’-o-lo) n., v. 1. The art of whistling with unbelievable style and control (combining pucker and piccolo) 2. see Ron McCroby Я умею…

  • (no subject)

    Милейшая Александра Николаевна Пахмутова; излагаю по памяти смысл её слов, услышанных нынче в какой-то телевизионной передаче: «Песни – они те…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment