ΑΊΝΙΓΜΑ
Мы ничего не знаем друг о друге,
И, вместе проживи хоть триста лет,
Однажды отстраняемся в испуге,
Узрев в шкафу неведомый скелет.
С каких-то пор подобных откровений
Плоды чтоб лишний раз не пожинать
И не усердствовать в трудах забвений,
Предпочитаем загодя не знать.
Живи себе, неведомый и чуждый,
Скелетом неприкаянным греми,
Храни в себе свои пустые нужды,
Кому они потребны меж людьми?
О, обитатель улья городского,
Мятущийся, как тот Король-олень,
Так и уйдёшь энигмой бестолковой,
Разгадывать какую было лень.
И, вместе проживи хоть триста лет,
Однажды отстраняемся в испуге,
Узрев в шкафу неведомый скелет.
С каких-то пор подобных откровений
Плоды чтоб лишний раз не пожинать
И не усердствовать в трудах забвений,
Предпочитаем загодя не знать.
Живи себе, неведомый и чуждый,
Скелетом неприкаянным греми,
Храни в себе свои пустые нужды,
Кому они потребны меж людьми?
О, обитатель улья городского,
Мятущийся, как тот Король-олень,
Так и уйдёшь энигмой бестолковой,
Разгадывать какую было лень.