gvardei (gvardei) wrote,
gvardei
gvardei

Categories:

РЕЦИДИВ

ВОТ ВЕДЬ ПАНТЕОНУШКО КАК ВОЗВРАЩАТЦА ДОМОЙ


Сходиш с электричкиного трапа, весь такой обветренный и в цыпках, с бородою ниже коленных тарелочек, за спиною мешочик с хлепцем и сальцем, в руках палочька с Ярославцково вокзалу выхваченная на бегу из рук инвалида, в гласках усталая смородина с поволокою недобрых ожиданий. Рядом такая Эльхантьевна поёт взволоновавшую ея песнь I will return, yes I will return, I’ll come back for the honey and youuuuu… Какой там к чорту мёт, нет там никаково мёду, - будеш упорно ворчать ты после каждого припева…

Вот подходите к покосившемуся заборчеку, и срываете записку приколотую тринацать лет назад: Уехали на тринацать лет, прозьба не беспокоить, а идите куда шли. Ах, говориш ты Эльхантьевне, тринацать лет нас тут не было, этош надо, тринацать лет! И она тебе: Да, Панетеонушко, тринацать лет, как одна копейка. Ах, Эльхантьевна, страшно входить, давай посидит тут, сальца с хлепцем покушаем. Давай скажет Эльхантьевна. Сядете тут же оземь, рядом с погипшим почтальёном, который пару лет назад так же вот присел и скончался от переусердия своево… Покушаете хлепца с салом, оглядывая заросший евкалиптами, ливанцкими кедами и безчисленными лианами дачьный участок… Заросли столь могучие и непрохожие, скажеш ты Эльхантьевне, што придётца наверно мачетэ у соседей взять. Да, ответит она, и вздрогнет от окрика гигансково леопардуса, высунувшево мордочьку из заросли.

Ты пойдёш и возьмёш мачетэ у соседа, и начнёш рубить лианы. И пяти-шести часов не пройдёт, как выйдеш ты с Эльхантьевной к входу в домек. Там у входа будет сидеть кошка и грусно говорить вам: штожэ вы сволочи уехали и корму мне не оставили, а я веть живая тварь всёжтаки. Ты весьма удивишса: смотри, кошка за тринацать лет научилася по нашему говорить. Молодец скажет Эльхантьевна и войдёт в домек. Там всё такжэ как вы уехали тринацать лет назад, только невыключенный тогда телевизер теперь показывает не то што вы смотрели напоследок, а смотрели вы «Неуловимых мстителей», а щас показывали бы «Корону российской инперии».. И один ваш московцкий гость, которово вы перед отъездом тоже забыли разбудить, упал с дивана и лёжа на полу сильно храпел нехорошими словами… А так всё по-прежнему, даже приведенье твоей Пантеон бабушки сидит на стуле и угрожает тебе пальцами как в децтве.

Тут бы соседи пришли с пылесосами и стали бы вам помогать сосать пыль. А после устроили бы вечеринку, перешедшую понятное дело в ночнушку, и вас бы соседи всё время спрашивали бы: ну, и как? и куда ездили? и чево там? и чево так долго тринацать лет? А вы бы так с Эльхантьевной переглядывались и озадаченно цыкали зубом. Тут кошка бы на столе тоже сидела и вас бы тоже вопрошала: как же вам совести хватило меня бес корму оставить, ведь я ш до тово дошла, што стала по человечьи говорить и вообще, где вас носило тринацать лет?..

А вы всё больше бы озадачились бы, и когда все гости и кошка напились бы и пошли по домам, вы бы так вопросили бы друк у друшки: слушай, Пантеон-Эльхантьевна, а где мы были все эти тринацать лет? Я вот чево-то совсем ничево не помню… Вот как на Ярославцком у инвалида палочьку выхватил, помню, как сели в электричьку, как приехали, помню, а вот до Ярославцково, – хоть убей…

Ну токда стали бы будить кошку, но та лиш пробормотала бы ничево не знаю, а с вашей стороны это было весьма подло уехать на тринацать лет. Ну тогда бы вы расбудили тово гостя московцково который на полу валялетца. И сказали бы: ты скажи нам гость московсцкий, как так получилося, што мы тринацать лет где-то шлялись и ничево не помним?.. И как так вышло што ты тринацать лет проспал и нисколько не постарел, и даже тело не отлежал?.. Но тот только дыхнёт утрачено, наденетца в костюм што висел на двери, скажет ладно я пошол, дома заждалися, тринацать лет у вас тут валялса как-никак….

И вот так у вас появитца великая тайна. Тоесть никто не будет знать, куда это вы тринацать лет назад собралися и уехали, и где вы это время пребывали. И ещо одна тайна. – ладно,уехать-то уехали, а чево вернулись?... И про вас и про кошку напишут в газете «Мытищенцкий листок», и тебя с Эльхантьевной сравнят с Агатою Кристи, которая в 1926 годе на одинацать дён пропала и была найденною где попало без ума и фантазии.

И вот в вашей жизни эта тайна поселитца и станет вашим скелетиком в шкафу. Тёмными чёрными вечерами будите седеть у камина и рассужадать: где ж это нас носило и чево это кошка стала разговаривать?.. Этож ужасно интересно и таинственно, да ведь?.. А потом у мёртвово почтальёна найдётца такая открытка: я знаю, где вы были эти тринацать лет, но никогда не скажу. Потпись: Беспотписи. И это ещё добавит куражу и фантастики, и станет ещо интереснее.

Так што возвращайса, Пантеонушко, а далее как по писанному. Твой Гвардей Цытыла.
Subscribe

  • * * *

    В безбожный век прослыть безбожником не странно. Вот стало бы безбожие возбранно, Тогда б я посмотрел. И то смешно, как некто с возбужденьем…

  • * * *

    Милая, верьте, не верьте, Все мы кати́мся к смерти. Что вы, я труса не праздную. Милая, как ни досадно, Но ускорение задано, Разве что скорости…

  • ПРИСЛУШАЙСЯ ЛИШЬ

    Забава такая. Идёшь по Томску, и пытаешься вслушиваться в речь тех людей, которые проходят мимо. Выхватываешь фразу, иногда предложение. Большая…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments