* * *
Я, наверное, пойду.
За окном темнеет скоро.
Чтоб не выслушать укора,
Я приличья соблюду.
Я не стану принуждать.
Ты иди, но возвращайся,
Непременно, обещайся,
Ты же знаешь, буду ждать.
Делать нечего. Иди.
И понятно, и обидно.
За окном совсем безвидно.
Ты гляди, не пропади.
Так сердечно разошлись,
Так уж верилось - любилось,
Так уж часто сердце билось,
Да вот не убереглись.
И уж, верно, не придёт,
Будто не было. Приснилось.
Усомнилось. Прояснилось.
С той поры уже не ждёт.
Ни могилы, ни следа,
Ни прогалины трясинной,
Ни известий, ни повинной,
Только тихая беда.
То ли в небо поглядеть?
Заблудилась в небе птица:
Невозможно воротиться,
Да и некуда лететь.
За окном темнеет скоро.
Чтоб не выслушать укора,
Я приличья соблюду.
Я не стану принуждать.
Ты иди, но возвращайся,
Непременно, обещайся,
Ты же знаешь, буду ждать.
Делать нечего. Иди.
И понятно, и обидно.
За окном совсем безвидно.
Ты гляди, не пропади.
Так сердечно разошлись,
Так уж верилось - любилось,
Так уж часто сердце билось,
Да вот не убереглись.
И уж, верно, не придёт,
Будто не было. Приснилось.
Усомнилось. Прояснилось.
С той поры уже не ждёт.
Ни могилы, ни следа,
Ни прогалины трясинной,
Ни известий, ни повинной,
Только тихая беда.
То ли в небо поглядеть?
Заблудилась в небе птица:
Невозможно воротиться,
Да и некуда лететь.