Мне представляется твоё сердце, Все хитроумные его дверцы, И кровь, ведомая сквозь них властно Мне представляются вполне ясно. И что поделаешь, скажи, коли Оно не внемлет ни твоей воле, Ни доброхотам, что судьбу прочат, Стучит, как хочет и когда хочет? Казалось бы, без дураков, наше, А мы под систолы его пляшем, И под диастолы его скачем, А занеможет, что сказать, плачем. Ура всем тем, кто с головой дружит, Привет и тем, кто верно ей служит. Оставьте мне считать впотьмах герцы Неугомонного её сердца.