100
Несколько чужих снов, рассказанных мне, стали моими. Я, действительно, с каких-то пор воспринимаю их, будто виденными мною.
Сны посторонних, неблизких людей я могу выслушать, но они не скажут мне ничего, а уж запоминать их я тем более не стану.
Сны тех людей, к которым мне хочется приблизиться, я выслушиваю со странным чувством: не понимаю их, но очень хочется их понять.
Сны людей, отдаляющихся от меня, я силюсь понять, но чувствую, что скоро они станут для меня книгою закрытой.
А у меня есть сны, которые я рассказал бы, да вот никак нельзя. Ибо они неизбежно изменят то, что мы именуем явью.
Сны посторонних, неблизких людей я могу выслушать, но они не скажут мне ничего, а уж запоминать их я тем более не стану.
Сны тех людей, к которым мне хочется приблизиться, я выслушиваю со странным чувством: не понимаю их, но очень хочется их понять.
Сны людей, отдаляющихся от меня, я силюсь понять, но чувствую, что скоро они станут для меня книгою закрытой.
А у меня есть сны, которые я рассказал бы, да вот никак нельзя. Ибо они неизбежно изменят то, что мы именуем явью.