November 28th, 2021

100

Болезненная и ничтожная страсть к разоблачениям уже не первый год царит во всех (от гигантов до карликов) масс-медиа. «А нам говорили, было вот так. А оно, оказывается, вот эдак». Причём большинство потребителей этой чуши «как было» и «как стало» узнаёт единовременно: и то, что «Лорд Джон умер», и то, что он, оказывается, жил.

Ну, узнали, «что вас обманывали». И что, полегчало?..

Прошлое – это миф, от первой до последней секунды. Замена одной редакции мифа на другую напоминает торжество домохозяйки, в покоях которой меняют обои. «Ой, как светленько разом стало».

Страсть же к разоблачениям – тривиальная месть прошлому за своё ничтожество, не боле.

100

Слушая некий опус Max Richter, подумал, что пошлость применительно к музыке состоит в её предугадываемости. «Вот сейчас будет вот так, а сейчас вот туда».

Пошлость – это не «плохо». Это основа ткани. Без неё невозможно дальнейшее. Всё на пошлости и стоит.

Но когда наиболее раскрученные европейские композиторы, вроде Эйнауди, Тирсена и Рихтера, втюхивают публике бесконечные холсты мешковины, уверяя, что это и есть подлинное, сермяжное, я теряюсь.

Может, тут глубокая идея? – слушатель, внимая пресным последовательностям, ощущает себя соавтором опуса? – это же так демократично.

А может, гениальность указанных персон состоит в том, что они угадали глубочайшую деградацию массового сознания и искусно вторят ей?

* * *

Вот говорит календарь, что-де «скоро зима»,
А зима уже здесь, за окном.
«Скоро уйду», говоришь, «с тобою тюрьма»,
А ушла уж давно, в году непонятно-ином.

Где-то на Диком Западе
Смерти своей ожидает Кощей.
Все декларации врут: всё решено уже загодя,
Или не решено вообще.