100
Будильник завёл на восемь, встал в половине восьмого. Забыл выключить – и когда тот запищал, меня аж скривило от избыточной бессмысленности и тщетности этого писка.
Не проснулся бы в половине восьмого, запищал бы вовремя – меня ломало бы от назойливости и требовательности этого мерзкого звука.
А если бы заткнул его в восемь и проснулся тремя часами позже, негодовал бы на лёгкость отключения и тупую необязательность.
Какой я сложный человек. Как у меня всё непросто. Как я остро реагирую на всякого рода несообразности и противоречия. Как требователен к соблюдению моих прав и привилегий.
И я не один такой. Нас много. И мы правы.
Не проснулся бы в половине восьмого, запищал бы вовремя – меня ломало бы от назойливости и требовательности этого мерзкого звука.
А если бы заткнул его в восемь и проснулся тремя часами позже, негодовал бы на лёгкость отключения и тупую необязательность.
Какой я сложный человек. Как у меня всё непросто. Как я остро реагирую на всякого рода несообразности и противоречия. Как требователен к соблюдению моих прав и привилегий.
И я не один такой. Нас много. И мы правы.