Всю свою сознательную жизнь всепогодно и всесезонно бродя по Томску, в последние годы я отметил одну странную особенность. Во дни моего детства и младости моей, наблюдая ранними зимними вечерами жилые дома, я радовался им, как новогодним гирляндам, - бо́льшая часть окон светилась самым отборным электричеством. Ну, если быть более точным, две трети окон – это уж всенепременно. То есть жильцы оных домов и квартир примерно сидели по комнатам своим и сладострастно жгли лампочки накаливания. Сейчас же (нет, уже лет пять, как замечено) картина совершенно иная – в большей части жилых домов горит меньше трети окон, все остальные же – непроницаемо черны и безжизненны. Это производит довольно тягостное впечатление, кроме того, волей-неволей хочется понять, в чём же дело, почему дома черны? Сразу скажу, что причины «в отъезде», «на работе во вторую-третью смену» не рассматриваются: ведь и раньше горели отнюдь не все окна. Вот треть жильцов и пребывала в отъезде и работало в ночную смену. Понятно мне и то, что есть немалое число компатриотов моих, которые «вкладывали в недвижимость» свои blood, sweat & tears, а ныне являются владельцами нескольких квартир, предпочитая жить в одной из них, остальные же сдавая внаём, или же не сдавая внаём. То есть эти квартиры стоят нежилые и бестолковые, и свет там жечь попросту некому. Но число таких квартир тоже не стоит преувеличивать. Вот у меня, например, одна-единственная квартира. У большинства моих знакомых тоже. Хотя, конечно, присутствует и некое меньшинство. Ну, ладно. Оставим на мёртвый жилой фонд 20%. Итого, не должно гореть порядка половины окон. Но, как уже сказано, светится едва ли треть. Так что остаётся ещё не менее 20-25%, с которыми у меня полное непонимание. Кто же там? Вспоминается один древний американский детектив. Некто, обследуя квартиру, понимает, что там живёт слепой человек, потому что во всех комнатах в светильники не вкручено ни единой лампочки – зачем они слепому? Но это я так, орнаментально, не буду же я утверждать, что слепые составляют четверть населения Томска… Тогда остаётся одно. Представьте себе некоего мужчину лет сорока, который возвращается с работы, открывает входную дверь своей квартиры, не включая света в прихожей, раздевается и довольно уверенно проходит в комнату. Там стоит кресло. Он садится в него и замирает. Нет, он не спит, он просто перестаёт двигаться. Прислушавшись, можно различить следы дыхания, но оно крайне замедлено и разрежено. Получасом позже возвращается домой его жена. Она тоже входит в комнату, садится на диван и тут же замирает. Спустя какое-то время появляются их разновозрастные дети, их место на диване рядом с хозяйкой. Глаза их не закрываются, но они безжизненны и тусклы. Вот так, в полной неподвижности, они проводят весь вечер и всю ночь в относительной темноте, - какие-то блики уличных огней время от времени достигают их и мельком освещают, - но лучше бы этого не происходило, поскольку картина, прямо скажем, устрашающая. Что с ними происходит утром, как они «включаются», как расходятся каждый по своим делам, это дело третье. Я же нашёл причину темноты большей части томских окон, хотя не знаю, что мне теперь с этим всем делать.