gvardei (gvardei) wrote,
gvardei
gvardei

ВСЁ

b76fef27e087782deebfdef68b65ede6

Ближе к ночи Фома спустился в подклеть и привычным взором окинул десяток мешков, стоявших вдоль стены. Каждый из мешков был наполнен разноцветными пластиковыми горошинами. До утра следовало рассортировать их по цвету. Машина приезжает к шести утра, на всё про всё у Фомы оставалось меньше семи часов.

Подтащив один из мешков к маленькой скамейке, он уселся на неё и достал из мешка горсть шариков – похоже, сегодня розовые, зелёные, синие, белые и красные. Дотянувшись до полки с посудой, он снял с неё большие эмалированные чашки и расставил их полукругом на полу вокруг себя. Пять чашек. Как только они наполнятся, он будет ссыпать их в пустые мешки. На каждом мешке пришит лоскут того или иного цвета.

Работа несложная, но ответственная и требующая неотрывного внимания. Вздохнув, Фома принялся за сортировку. Дробный стук разноцветных горошин по эмали поначалу просто раздражает, чуть позже станет усыплять – Фома давным-давно выучил все тонкости этого занятия, как-никак, уже десятый год подряд он промышляет гороховым перебором.

Он всё ждёт повышения. Говорят, если девять-десять лет человек проработал на одном месте и хорошо заявил о себе, его переводят на новую работу, на смешивание перебранного. Понятно, что там уже не особо нужно внимание, зато и объём работы намного больше: за ночь следует равномерно перемешать до трёх-четырёх сотен мешков. Наломаешься будь здоров. Но зато и уважение к тебе уже совсем другое. В деревне Фомы только одному удалось добраться до этой работы, - я про Демида Ненашего, он уже лет десять как смешивает. В деревенском театре у него особое место, и пояс с кистями, и коров своих ему разрешено расписывать по своей охоте и своими красками.

Скрипнула дверь – в подклеть вошла жена Фомы, Матрёна. Ей надлежало по возможности мешать Фоме разговорами, предложениями помощи, которая всегда заканчивалась путаницей и повторным перебиранием уже перебранного. Фома не злился на жену – так уж повелось, такая у них забота. А способ умирения этого злодейства был прост и затейлив одновременно: Фоме предстояло монотонным пением и однообразными речитативами усыпить Матрёну, но не уснуть самому.

Этой ночью Матрёна держалась долго, но всё же через час-другой, прикорнув в углу, забылась нервным сном. Так что дорабатывал Фома в спокойном состоянии духа. Ближе к шести закончил, вытащил мешки к воротам и стал поджидать машину.

Грузовик припоздал на четверть часа. Приёмщик пересмотрел поверху содержимое мешков, два мальчика завязали их и, не опуская борта, побросали в кузов. Фома спросил, когда ждать вечером, приёмщик сказал, что это последний заказ, больше работы не будет. «Как не будет?» - только и спросил Фома. «Так и не будет. Всё. В городе поставили машину, которая и перебирает, и смешивает в десять тысяч раз быстрее. Она же эти шарики сама и делает, она же их куда-то и девает в конце концов. Чудо-машина».

Приёмщик залез в кабину и машина тронулась. Фома смотрел ей вслед, ещё до конца не уразумев, что всей его прежней размеренной и уверенной жизни пришёл конец. Из подклети вышла, позёвывая, раскрасневшаяся ото сна Матрёна.
Tags: Игры с реальностью
Subscribe

  • * * *

    Блаженный дух горячей карамели К полу́дню ближе город пропитал. Добавь пивного солода и хмеля, Чей запах временами долетал. Босыми по расплаву…

  • 100

    В углу комнаты стоит «однорукий бандит». Игровой аппарат. Просыпаешься, осторожно снимаешь с головы эдакий электронный чепец, который считывал…

  • 100

    «Сериальная рожа». Всё чаще сталкиваюсь с такими – сериальные эмоции, сериальные диалоги, сериальная мимика. Плоская сериальная философия жизни.…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments