gvardei (gvardei) wrote,
gvardei
gvardei

ФЛИК-ФЛЯК*

HpSjcDz

Было бы странно представить себе старенького Льва Николаевича Толстого, в сотый раз запоем перечитывающего свой бессмертный роман «Война и мир».

Ещё страннее выглядел бы Антон Павлович Чехов, искренне хохочущий над своими ранними рассказиками, пошлейшими и бездарными на диво.

Это печальный и неизбежный процесс – отчуждение от сотворённого тобой. То, что ты написал, останавливается во времени, это слепок твоей… ну, пускай «души», хотя порой душа к этому имеет довольно опосредованное отношение.

Слепок, моментальная фотография, - они, покачиваясь на волнах моря житейского, уплывают в прошлое, ты же порой оглядываешься, и думаешь: вот это – моё?.. Это – я – мог – написать?.. Порой очень тягостное чувство.

Тут есть ещё одна тонкость. Если то, что ты сотворил, никем не замечено, не восславлено, не увенчано лавром, тут два варианта, - оно или же скоро и основательно забывается, или порождает угрюмую ревность: как, ну как это можно было не заметить, как можно было?.. Во втором случае к этому относишься с истовой, несколько болезненной любовью, впрочем, надёжно сокрытой от посторонних глаз.

А вот в другом случае – когда замечено, восславлено и увенчано – ох-ох, с этим беда. Никуда тебе от этого не деться, не спрятаться, - как с моим грушинским лауреатством, которое случилось ещё до исторического материализма, аж в 1986 году, и когда меня в очередной раз величают лауреатом Грушинского фестиваля, меня внутренне передёргивает, - так уж это всё давно и так уж это всё не соотносится со мной нынешним. Ну, скажем, если вместо упомянутых лавров кому-то пришло в голову вспомнить мою грамоту за отличную учёбу и примерное поведение по итогам третьего класса…

Что-то написанное, сочинённое когда-то, - это было очень давно, и живёт в душе моей год, два, три, - я могу это вспомнить, воспроизвести, - но после это поглощается, сливается, становится единым со мной, и потому не имеет уже никакого или почти никакого отклика, - эхо порождается некими пустотами, какой-то незавершённостью пространства, а коли всё завершилось и поглотилось, - ну, какое вам эхо от крика в подушку?

Поздно, поздно. Вот идёт человек, который в своё время, лет пятьдесят назад, написал милейший чарльстон «У моей девочки есть одна маленькая штучка». Ему за семьдесят, он давно пишет лишь духовную музыку, но тот самый чарльстон тащится за ним, как кандальная гиря, то и дело обязывая его нервно вздрагивать и бормотать: «ну, да, было дело, бес попутал».

Да ладно бы чарльстон про штучку. Это касается и самых настоящих находок, и самых талантливых артефактов, - но в любом случае относящихся к прошлому, в котором тебя давно нет, и когда ты в очередной раз натягиваешь на себя шкуру себя же, только прежнего, - она всегда тесна и неудобна.

Нет же, кому-то везёт, и упомянутая шкура всегда на нём, и ничуть не сковывает движений, и вот вам фордешпрунг, и вот флик-фляк, вот же и сальто-мортале. Кому-то везёт…



*франц. flicflac - хлоп-шлёп
Tags: ЛИЧНОЕ
Subscribe

  • 100

    Поссорились нынче Иван Иванович с Иваном Никифоровичем. И что же, скажете, что И.И. до того не знал, каков подлец И.Н., а тот понятия не имел, на…

  • * * *

    К тебе придёт человек от меня Расскажет как да что Расскажет толково и не темня Дай ему денег сто Двести триста решай сама Не предлагай ночевать Он…

  • 100

    Запирают меня в какой-то комнате без окон и говорят: сидеть тебе две недели. На выбор: мы можем на стенку повесить часы, а можем и не вешать. А?..…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments