ПРОДОЛЖАЕМ ЗАДАВАТЬ ДЕТСКИЕ ВОПРОСЫ

«Предположим, что кто-то покупает в кредит у лавочника продукты питания, муку, сахар, мясо и так далее, а через некоторое время этот лавочник обращается в суд с требование отдать ему в собственность самого должника, поскольку, как это утверждает медицина, в процессе обмена веществ органы человеческого тела постоянно замещаются питательными веществами и через несколько месяцев весь этот должник, с головы до ног, состоит из жира, белков, яиц, углеводов, которые ему продал в кредит лавочник. Так вот, я вас спрашиваю, какой суд на свете удовлетворил бы требование этого лавочника? Неужели мы живем во времена средневековья, когда Шейлок требовал фунт мяса своего должника?»

(С.Лем, «Существуете ли вы, мистер Джонс?»)

Именно так. В своей древней (1955) пьеске Лем обыгрывает так называемый «парадокс корабля Тесея» («Если все составные части корабля были заменены, остаётся ли корабль тем же объектом?»)

Ну, с кораблём (как бы) попроще, - тут, действительно, понятие «ТОТ ЖЕ объект» - совершенно невразумительное и неопределимое. А вот в случае с личностью, в случае с человеком, наделённым (как бы) самосознанием, - тут всё намного сложнее.

Действительно, что есть Гвардей Цытыла, как не гора гречневой каши и пирожков с луком и яйцом плюс несколько вёдер кофе?

Какой человеческий орган является структурообразующим? То есть неутомимо превращающим гречневую кашу, пирожки и кофе в Гвардея Цытылу? Причём не только с точки зрения габитуса, - этот структурный центр поддерживает в определённом порядке и психическую конституцию, и множество других «мелочей», включая, скажем, и походку, и тембровую окраску голоса (которая далеко не только физиологического происхождения)?

Так что это за центр такой, что за орган, который, по всему получается, сам должен быть неизменяемым, абсолютным? Если кто-то про мозг, так куда уж там… Он ведь тоже из каши и пирожков…

А ЭТО должно быть некоей невидимой, сверхпрочной, сверхгибкой структурой, чем-то таким, на что не оказывает влияние никакое внешнее воздействие. ЭТО не ест, не пьёт, не спит ни днём, ни ночью, сохраняя Гвардея Цытылу узнаваемым и самим собой, и окружающими.

Исчезнет ЭТО – и превратится Гвардей Цытыла из красавца-мужчины, скромного сибирского гения-самородка, в гору гречневой каши и пирожков. Чуть в стороне – три-четыре ведра кофе. Всё дурно пахнущее и совсем не похожее на Того Самого, Вышеупомянутого.