Не узнавай меня в других,
Пускай действительно похожи
Улыбки их, повадки их,
И голоса, - но всё же, всё же…

А, впрочем, словно Франкенштейн,
Который тайн немало ведает,
Слепи из них немую тень,
Что за тобой везде последует.

Порою, глядя на неё,
Пускай рассеянно и зыбко,
Узнаешь ты мою улыбку,
И разглядишь лицо моё,

И улыбнёшься вдруг невольно
Нехитрому изобретению,
Не зная, как безумно больно
Моей немой бесплотной тени.